Как живут и отдыхают в Крыму во время боевых действий на Украине Военная авиация, полупустые пляжи и помидоры из Херсона: представители крымских властей, турбизнеса, беженцы и волонтеры рассказали РБК о жизни региона после 24 февраля
«Даже чайки голодают»
«Мы когда ехали сюда, заблудились: Google-карты не показывают, что можно с материка через Крымский мост ехать,— рассказывает Екатерина, которая приехала в Ялту на автомобиле с мужем и тремя детьми.— Что ты хочешь, американцы делали. Они нас завели через паром, мы еле выбрались». Семья из Курска ездит в Крым уже восьмой год, начали путешествовать на полуостров после его присоединения Россией в 2014 году. Но раньше предпочитали летать в Симферополь, а не ездить на автомобиле.
Екатерина называет свою семью «главными любителями отдыха в Крыму» и говорит, что ни за что не откажется от поездок туда. Ее не пугает, что на Украине полуостров и особенно Крымский мост называли в числе главных военных целей, а на некоторых территориях республики недавно продлили желтый уровень террористической угрозы. По словам девушки, мост хорошо защищен: «Скорее уж по вашей Москве будут стрелять».
Москвич Алексей, приехавший в Феодосию с девушкой, говорит, что они собирались отдыхать в Италии, но после начала боевых действий «цены начали кусаться». «Кусаются» они и на полуострове, говорит он: некоторые отельеры снизили цены на проживание, чтобы привлечь туристов, но большинство их подняли, чтобы «хотябы выйти в ноль».
Владелица частного симферопольского отеля Элина говорит, что из 50 номеров ее гостиницы заняты 15, хотя обычно в июле в город уже начинают массово прибывать отдыхающие— основной сезон начинается примерно 10 июля. Правда, большинство туристов в столице Крыма не задерживаются и отправляются в Севастополь, Ялту, Алушту, Феодосию и другие города у моря. «Но всеже такого неудачного сезона я в Симферополе не помню»,— говорит хозяйка отеля.
Читайте на РБК Pro Pro
Злость, отвращение и «разбор полетов»: почему говорить о сексе так сложно Инструкции Pro
Международная логистика в 2022 году: как сейчас ввозят товары в Россию Статьи Pro
Параллельный импорт техники: что не так Статьи Pro
Эффект Lehman Brothers: почему крах Celsius угрожает всему крипторынку Статьи Pro
Как снять санкции с человека или компании. Пошаговая инструкция Инструкции Pro
Япония отходит от экономического курса Синдзо Абэ. Что будет с иеной Статьи Pro
Домашняя кардиотренировка: пять базовых упражнений Инструкции Pro
Восемь признаков того, что работник может уволиться Статьи
Туристов отпугивает сложность логистики: аэропорт Симферополя закрыт с 24 февраля, в середине июля запрет на полеты был в очередной раз продлен. Из-за этого добираться до полуострова приходится на автомобиле или на поезде— от Москвы не меньше полутора суток. И еще, отмечает отельер Элина, в Крыму заметно выросли цена на продукты.
Она говорит, что покупки туров, номеров, билетов, заполняемость ресторанов, кафе и пляжей упали минимум вдвое. Похожие цифры приводил в интервью РБК и глава Крыма Сергей Аксенов: по его словам, за июнь на полуостров приехали более 815 тыс. туристов, что почти на 40% меньше, чем в «тучном» 2021 году, когда почти закрылось авиасообщение с другими странами. Показатели снизились и по сравнению с допандемийным 2019 годомна 12%.
Фото: Евгения Кузнецова / РБК
Министр курортов и туризма Крыма Вадим Волченко в разговоре с РБК оценил среднюю загрузку отелей полуострова в 60%. «А в ряде объектов размещения, которые выстаивают правильные маркетинговые стратегии, работают над качеством обслуживания, индивидуальным подходом и репутацией, загрузка доходит и до 80–90%»,— сказал он.
Аксенов называет Крым самым пострадавшим субъектом с точки зрения туризма. Власти региона должны до 10 августа представить в правительство предложения по мерам поддержки туристического бизнеса. Волченко пояснил, что в первую очередь речь будет идти о субсидиях в размере МРОТ для сохранения персонала, льготном кредитовании для операционной деятельности, а также об улучшении логистических возможностей Крыма.
«Но пока все плохо, даже чайки голодают»,— сетует в разговоре с РБК владелец одного из пляжных кафе в Севастополе Мурат, указывая на кричащих птиц и пустующие шезлонги.
«Мы тоже не можем милостыню давать»
По словам менеджера одного из севастопольских ресторанов Марии, рестораторам приходится «идти на ухищрения, чтобы не закрыться». «Мы разрабатываем летние предложения, заказываем более дешевое сырье»,— говорит она, добавляя, что крымским ресторанам и кафе очень повезло, что начался ввоз фруктов и овощей из Херсона.
С момента присоединения Крыма Россией в 2014 году из-за опасения вторичных санкций в регионе не работают российские операторы связи и такси, крупные российские банки. Но в апреле на полуострове появился первый федеральный банк— попавший под санкции Промсвязьбанк.
Несмотря на то что риск распространения вторичных санкций из-за работы в Крыму после начала военной операции на Украине потерял актуальность, примеру Промсвязьбанка другие крупные банки, компании и торговые сети пока не последовали.
Но в регионе продвигаются местные бренды: продают лимонады «Крым», теплые полы «Теплокрым», водку «Крымская», цветы «Красота Крыма» и «Крымская весна», а игрушки— от «Детского Крыма».
По словам нескольких собеседников РБК в ресторанном бизнесе Крыма, сейчас они закупают херсонскую картошку по 10 руб. за килограмм (крымская стоит 30–40 руб.), помидоры по 8–12 руб. за килограмм (30–40 руб. за крымские), огурцы по 22 руб. за килограмм (35–40 руб. за крымские), черешню по 45 руб. за килограмм (70–100 руб. за местную). «Страшно подумать, как там [в Херсоне] производители эти проживают, но мы тоже не можем милостыню давать, из-за отсутствия туристов прогораем»,— говорит один из собеседников, Иван, который даже «не надеется по итогам сезона выйти в ноль».
В самом Крыму цены растут. Если раньше производимое на полуострове «Джанкойское молоко», к примеру, стоило меньше 100 руб. за пачку, теперь оно подорожало не менее чем на 20%. Тоже касается кефира, масла, творога и сыров.
Фото: Евгения Кузнецова / РБК
О росте цен на хлеб еще в начале июня говорили крымские власти: врио министра промышленной политики региона Елена Элекчян утверждала, что в продуктовых несетевых магазинах не оказалось социальных видов хлеба, вместо которого местные пекарни продают продукцию значительно дороже. Крымское правительство рекомендовало закрепить цену на хлеб в районе 25 руб., однако в июне она составляла 36 руб., а к июлю выросла еще сильнее— до 40 в зависимости от наименования.
«Похвастаться, что мы высокой результативности добились, к сожалению, пока не можем,— говорил РБК по поводу снижения цен Аксенов.— Бывает, что приезжает комиссия, для нее ценники поменяли, а потом снова поставили старые. Но работу в этом направлении ведем».
«Из-за этих споров семьи распадаются»
Несмотря на неудачный сезон и рост цен, уровень поддержки власти и военной спецоперации на полуострове очень высок, соглашаются все опрошенные РБК крымчане.
Почти весь общественный транспорт в Симферополе и Ялте, а также кареты скорой помощи, полицейские и пожарные машины украшены наклейкой с буквой Z. Немало и частных машин с этим символом— на заднем стекле наклейка есть как минимум у каждой пятой. «Раньше все клеили, кто во что горазд, иногда водители автобусов аварийные телефоны заклеивали, так что решено было ввести порядок и раздать наклейки желающим, чтобы хоть фломастером не рисовали»,— поясняет источник в администрации Крыма.
Севастополь— случай особый, там наклейки с Z есть только на военных машинах. Но многометровым символом украшено здание правительства города, а автобусные остановки заклеены плакатами с надписями «Мы не начинаем войны, мы их заканчиваем», «Добро побеждает зло», «Zа Россию» и «Zима zакончится». На прохожих часто можно увидеть футболки, кепки и даже штаны с буквой Z. Игрушечные деревянные автоматы продаются на пляжах и, по словам продавщицы Екатерины, «улетают на ура».
Продающая у одного из севастопольских пляжей бижутерию Валентина Яковлевна предлагает купить у нее брошку с российским флагом. Торговать сегодня она вышла, по ее словам, «на злости» после серьезной ссоры с внучкой, вышедшей замуж за украинца и живущей в Одессе. «Мы сами были под Украиной, но государство-то это искусственное, такого и не было никогда. Россия всего лишь возвращает себе свое, конечно, я за [спецоперацию]»,— утверждает женщина. Она говорит, что совсем не скучает по внучке, которая «ее послала». Но во время разговора о родственниках на Украине плачет.
Валентина Яковлевна уверена, что жители Севастополя— «изначально военные все» и не могут не поддерживать спецоперацию, но всеже «из-за этих споров семьи распадаются». На полуострове, сетует она, «как во время Второй мировой, нет семьи, котораябы от этого [военных действий] не пострадала». Украину Валентина Яковлевна называет «третьим или четвертым рейхом».
Большинство местных жителей— рестораторов, официантов, таксистов, отельеров, продавцов, посетителей пляжей и представителей региональных властей— в разговоре с РБК упоминали о друзьях или родственниках на Украине. Многие сожалеют о ссорах и испорченных отношениях, но своих украинских знакомых называют, как правило, «ослепленными пропагандой». «Ничего, скоро все закончится, и они все поймут, пройдут то, что мы проходили в 2014 году, и заживут хорошо»,— говорит владелец ялтинского отеля Иван, у которого на Украине живет поссорившаяся с ним после 24 февраля двоюродная сестра.
Фото: Евгения Кузнецова / РБК
Беженцы и добровольцы
Забыть, что неподалеку идут боевые действия, в Крыму не получается: в Евпатории над пляжем раз в полчаса проносятся истребители. Тоже в Севастополе: по словам жителя города Александра, 24 февраля, в день начала спецоперации, от рева взлетающих самолетов было невозможно работать. И сейчас военные самолеты примерно раз в час слышно в любой точке города.
На многих автобусных остановках города висят плакаты, предлагающие записаться в добровольцы и поехать на Украину. «Служба по контракту в вооруженных силах— это дело»,— гласят они. По словам Аксенова, добровольцами на Украину поехали 1,2 тыс. жителей республики. А беженцев в Крыму не так много, так как регион стал для них транзитным, как правило, через него выезжали в Брянскую, Белгородскую, Ростовскую области. С февраля в регион заехали более 300 тыс. человек, в крымских пунктах временного размещения (ПВР) сейчас всего 233 человека, из них 69 детей, временное убежище получили более 3,9 тыс. человек, сказал РБК глава Крыма.
Волонтеры считают, что в Крыму больше беженцев, просто не все они стали уведомлять о приезде. Три волонтера и несколько беженцев рассказали РБК о проблемах с получением выплаты в размере 10 тыс. руб. у приехавших в регион беженцев с Украины, из ДНР и ЛНР. Отвечая на вопрос РБК, естьли проблемы с выплатой этих денег в регионе, Аксенов ответил, что за них отвечает федеральный центр. «Бывают вопросы доставки денег и оформления документов, нестыковки,— пояснил он.— Ко мне обращаются периодически, каждый день у меня минимум от пяти до 15 обращений по таким вопросам. Всем стараемся помочь».
По словам волонтеров, большинство их подопечных получить положенные выплаты не смогли, так как «получение документов требует обязательных переводов, медкомиссий, нотариальных заверений, с этим помогают только в ПВР, а если люди въехали самостоятельно, то им «светит полная балалайка с оплатой из своего кармана». Медкомиссия обходится в 6 тыс. руб. с человека, перевод на русский паспорта с нотариальным заверением— 2,8 тыс. руб., свидетельств о рождении и браке, дипломов и других документов— от 1,5 тыс. до 3 тыс. руб. Без этих документов получить выплату не получится, говорят волонтеры.
«Мыже неофициально эвакуировались, просто на своей машине, сами искали жилплощадь у друзей жены, сами— работу, вот я таксовать начал»,— рассказывает таксист Олег— выходец из ДНР. Он говорит, что его дети «просятся обратно», в ДНР, но сам ехать туда не хочет. «Тут стабильнее, чтоли»,— добавляет он.
Авторы Теги Подпишись на VK РБК Получайте новости быстрее всех
