Аналитики оценили преимущества для России от налога на Google и Facebo

0
49

России следует обложить цифровым налогом прибыль корпораций вроде Google или Facebook от деятельности в России, считают в ЦСР. О поиске вариантов ужесточения налоговой нагрузки на ИТ-гиганты ранее сообщал Минфин

Аналитики оценили преимущества для России от налога на Google и Facebo

Эксперты Центра стратегических разработок (ЦСР), в руководство которого входит помощник президента России Максим Орешкин, проанализировали возможные сценарии реформирования налогообложения ИТ-гигантов в России и оценили преимущества и недостатки каждого из подходов. По их мнению, России следует перестраховаться на случай провала поисков единого для всех стран подхода к распределению налогов цифровых корпораций и внедрить собственный цифровой налог. В тоже время односторонние меры могут спровоцировать ужесточение санкций США. Текст исследования есть у РБК.

Налоговое неравенство

Правила налогообложения не успевают за развитием современных цифровых бизнес-моделей. Иностранные ИT-гиганты, зарабатывая на пользователях по всему миру, платят налог на прибыль только по месту регистрации штаб-квартиры. В результате страны не только теряют налоговые доходы, но и нарушаются принципы справедливой конкуренции— национальные цифровые компании платят больше налогов и, соответственно, работают в менее выгодных условиях, чем зарубежные.

Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) с 2015 года пытается найти единый международный подход и решить проблему несправедливого распределения налогов ИТ-гигантов. Разработать механизм, который устроилбы все страны, пока не удалось.

Главная сложность в том, как рассчитать, какая доля прибыли мультинациональной корпорации приходится на ту или иную страну. Сколько прибыли генерируют пользователи в той или иной стране, знают только сами корпорации, но они не раскрывают детальную информацию, отмечали ранее опрошенные РБК эксперты. Поэтому сохраняется большая неопределенность, и, вероятно, единый механизм так и не будет разработан. «До готового результата еще далеко, и есть риск, что в целом консенсуса в ОЭСР не будет»,— заявил на презентации доклада руководитель направления «Бюджет и налоги» ЦСР Левон Айрапетян.

Ряд государств, включая Великобританию, Францию, Италию, не дожидаясь глобального консенсуса, в одностороннем порядке ввели собственные цифровые налоги.

В конце 2019 года ОЭСР опубликовала предложения по двум блокам Pillar 1 и Pillar 2, которые должны стать основой для достижения мирового консенсуса. Основные параметры единого механизма планируется подготовить к июлю 2020 года, а окончательное решение предполагается достичь к концу 2020 года.

Российский Минфин в поисках новых источников пополнения казны также начал прорабатывать варианты ужесточения налоговой нагрузки на международные ИТ-корпорации. Положение об этом появилось в «Основных направлениях бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2020 год и плановый период 2021 и 2022 годов». Однако конкретных законодательных инициатив пока нет.

«В целоммы полагаем, что сегодня былобы целесообразно приступить к подготовке и разработке цифрового налога,— говорит Айрапетян.— Нам надо подстраховаться на случай неблагоприятного исхода переговоров и защитить свои фискальные интересы в случае, если ОЭСР не придет к единому механизму».

C 2017 года вРоссии уже действует «налог на Google»— обязанность иностранных продавцов цифровых услуг платить НДС в России, и тысячи иностранных компаний встали на учет в российских налоговых органах.

Однако НДС с электронных услуг покрывает далеко не все digital-модели и не решает проблему несправедливого распределения прибыли. «Регистрация для уплаты НДС никак не меняет ситуацию по распределению прибыли. Достаточно открыть формальный офис, но по факту здесь нет никого»,— утверждает Левон Айрапетян.

Под «налог на Google» не подпадают, например, доходы от онлайн-рекламы, таргетированной на российских пользователей, и продажа данных россиян. «Они как раз моглибы стать объектом обложения цифровым налогом»,— отмечает Айрапетян.

Упущенная выгода

  • Введение цифрового налога увеличит доходы государства.

Если ОЭСР так и не придет к единому решению, страны, которые уже разработали цифровой налог, окажутся в более выгодном положении, в то время как у стран, которые подобный налог не разрабатывали, уйдет время на подготовку законодательства, отмечается в докладе ЦСР. «Они могут начать взимать налог, который причитается нам»,— предупредил Айрапетян.

  • Цифровой налог уравняет условия для бизнеса, поддержав отечественные цифровые компании.

Россия одновременно является рынком— потребителем цифровых услуг и поставщиком таких услуг, располагая конкурентоспособными на международном уровне ИТ-компаниями:«Яндекс», «ВКонтакте», Wildberries и др. Однако сейчас прямые конкуренты отечественных компаний находятся на российском рынке в более выгодных условиях, платя меньше налогов.

  • Цифровой налог подстрахует на случай, если механизм ОЭСР будет распространяться не на все ИТ-корпорации.

Дело в том, что в декабре 2019 года США, как основной поставщик электронных услуг, предложили сделать единый подход опциональным, и ОЭСР приняла идею к рассмотрению. Предложенный США режим safe harbor (правило безопасной гавани) оставляет за ИТ-гигантами право отказаться от разработанного ОЭСР решения. «В таком случае перед странами встанет вопрос, как быть с компаниями, которые откажутся от модели ОЭСР,— рассуждает Айрапетян.— Напрашивается только один вывод: взимать с них тот самый односторонний цифровой налог». Если при таком решении у России не будет готового механизма, придется с нуляразрабатывать цифровой налог, тогда как другие страны уже будут взимать платежи и получать дополнительные доходы, предупреждает ЦСР.

По предварительной оценке ОЭСР, дополнительные доходы от введения механизма в группе стран, в которую входит и Россия, составят в среднем около €390 млн в год. Односторонний цифровой налог принесет больше поступлений, отмечают в ЦСР, потому что по модели ОЭСР страны делятся друг с другом правом взимать налоги.

Разработка цифрового налога, по оценке экспертов, может занять около года.

При другом сценарии, если ОЭСР всеже выработает единый подход, у России будет только одна проблема— как интегрировать в локальное законодательство механизм ОЭСР. Если консенсуса не будет, Россия просто сделает временный налог постоянным, резюмировали эксперты.

Какие страны ввели цифровой налог

Первой страной стала Франция, сделавшая это в 2019 году. Платежи по ставке 3% платят цифровые компании с суммарным доходом по всему миру от €750 млн, более €25 млн из которых принесли французские пользователи. Причем срок исковой давности по цифровому налогу увеличен с трехдо шестилет. Однако Франция приостановила взимание налога до конца 2020-го с условием, что, если до конца года ОЭСР не выработает единый механизм, взимание налога возобновится. В 2020 году Франция планирует собрать благодаря новому налогу свыше €450 млн.

Турция с 1 марта начала взимать цифровой налог по ставке 7,5%. Великобритания планирует начать взимать цифровой налог по ставке 2% с апреля 2020 года и оценивает дополнительные доходы от £275 млнв 2021–2021 годах. Италия планирует ввести 3-процентный налог с января 2021 года и получать свыше €600 млн ежегодно. На случай, если ОЭСР не примет единый подход, свой механизм также разработала Испания.

Как правило, в этих странах налогом облагается прибыль компаний от трех основных видов услуг:

  • услуги цифровых платформ и маркетплейсов;
  • онлайн-реклама, таргетированная на пользователей в этой конкретной стране;
  • продажа данных, полученных на основе предоставленной пользователем информации.

Свой механизм с 2016 года действует в Индии, он принес государству $39 млн дополнительных доходов. Сбором по ставке 6% облагаются доходы иностранных компаний от b2b-сделок в области цифровой рекламы.

Венгрия взимала налоги с онлайн-рекламы на венгерском языке по прогрессивной ставке от 5,3до 7,5% и 5% при вторичном налоговом обязательстве. Однако за 2018 год венгерский налоговый орган отчитался о низком уровне собираемости с зарубежных компаний и обнулил налог.

Минусы цифрового налога

Вместе с преимуществами введения цифрового налога эксперты ЦСР оценили возможные негативные последствия такой односторонней меры.

  • Главный минус односторонних мер— двойное налогообложение.

На налоги от одной и тойже онлайн-сделки, напримермежду пользователями во Франции и Италии, могут претендовать обе страны. Из всех стран, которые внедрили цифровой налог, лишь Великобритания предусмотрела меры для частичного устранения двойного налогообложения. В частности, компаниям разрешено вычитать расходы на уплату цифрового налога из базы по налогу на прибыль, а также относить 50% налогооблагаемых доходов на юрисдикцию, где действует аналогичный цифровой налог.

  • Цифровой налог может спровоцировать дополнительные санкции США— основного поставщика электронных услуг.

Так, Франция заморозила цифровой налог в том числе из-за угрозы повышения таможенных пошлин со стороны США. Американская администрация назвала цифровой налог Франции дискриминационным и пригрозила ввести 100-процентные пошлины на ввоз французских товаров на сумму $2,4 млрд.

  • Дополнительный налог нарушит стабильность условий для международного бизнеса— неопределенность возрастет, и инвестиции снизятся.
  • Вслед за Россией страны бывшего СССР могут ввести аналогичные цифровые налоги, и тогда уже пострадают российские цифровые компании, работающие в этих странах.
  • Если ОЭСР всеже выработает единый подход, России придется перестраиваться и нести дополнительные издержки.

Резюмируя, эксперты ЦСР подчеркивают, что «у варианта с односторонним введением в России цифрового налога несколько более выгодная позиция». «Однако концептуально оба варианта равны в балансе связанных преимуществ и недостатков. Итоговое решение должно зависеть от приоритетов государственной экономической политики»,— заключается в докладе.